Газета «Забайкальские областные ведомости», 1901 год

№ 95 (11 сентября)

Поселок Ключевской (Цаган-Олуевской станицы)

В ночь с 16 на 17 июня текущ. г. в пос. Абагайтуевском имел место следующий прискорбный случай: злоумышленники, раскрыв окно, взошли в торговое помещение братьев Кондратьевых, где спал средний брат Алексей на прилавке и мальчик лет 12-и на полу в смежно-находящейся с лавкой прихожей, и нанесли первому спящему по голове очень тяжелыя две раны – одна оказалась с пробитием черепа, причем раненый оказался лежащим на полу, а мальчик убит на постели; как видно тоже был спящим; у него голова оказалась вся разбитою. Как надо полагать, злоумышленники имели цель ограбления, но денег было в лавке руб. 600, и тех им найти не удалось; выкрадено лишь, как говорит сам владелец, товаров рублей на 300; разбита также оказалась дверь у амбара хозяина квартиры и разбросаны разныя, хозяину принадлежащия, одежныя вещи, но ничего не похищено, как видно все искали деньги. К прискорбию, злодеи скрылись безследно: никто не найден.

Поутру, когда дано было знать о случившемся поселковому атаману, раненый Кондратьев найден истекающим кровью, в безсознательном положении, при этом родных его никого не было, потому что он находился в Абагайтуе только с одним упомянутым мальчиком; поселк. атаман с понятыми, за неимением медиков, не могли дать особенной помощи больному, кроме лишь кое-как обливать голову и перевязать; сейчас же был послан нарочный на ст. Маньчжурия, как ближайший пункт, где находился врач (до ст. Маньчжурия верст 26), с просьбою ко врачу о прибытии и подаче помощи больному, с объяснением о том, что за визит будет уплачено, но врач не поехал, ответив вроде того, что он, как врач, находящийся не в пределах России, ездить к больным не обязан, может только за деньги. Получив такой негуманный ответ, атаман послал к врачу с уведомлением, чтобы он в уплате за визит не сомневался. После сего уже врач прибыл к больному, но прошло уже около двух суток, как больной находился без всякой медицинской помощи.

После сего прибыли братья больного, которые платили за каждый визит упомянутому врачу по 25-30 руб. и особо за наем подвод, но, как говорил мне старший брат Кондратьева, сказанным врачом помощь была подаваема плохая, и больной был признан безнадежным. Поэтому было телеграфировано к врачу на ст. «Борзя», который, выслав санитарный вагон на ст. Маньчжурия, предложил привезти больнаго в больницу на ст. «Борзя», куда он и был доставлен. Кондратьев был в бессознательном положении. Врач Уфтюжанинов предложил операцию, что и было сделано, но уже на 13-й день после поранения, и, к чести г. Уфтюжанинова, как гуманного врача и практика, операция произведена благополучно, причем вынуто, говорят, 6 осколков костей черепа, и больной вскоре после операции пришел в себя и стал поправляться. В настоящую пору (к 20 августа) больной сам садится, разговаривает, ест, пьет, и одна рана на лбу уже заросла; право таки из мертвых воскрес; находится он еще в больнице под покровительством своего избавителя.

Такое гуманное внимание г. Уфтюжанинова уже не в первый раз проявлено к окружающему населению, которому он вероятно тоже бы мог отчасти сказать вроде того, что было сказано врачом на станции Маньчжурия, но он относится к такому положению совершенно противоположно. Дай Бог таких людей побольше!

Н. В.


№ 101 (29 сентября)

Село Каменское Ундинской волости

Селение это, расположенное по рч. Унде в соседстве с поселками Ложниковским, Верхне-Галгатаевским и станцией Новотроицкой, селение Каменское приютилось на высоком частью берегу рч. Унды. Опишу я нравы и преимущественное занятие каменцев.

Хлебопашество здесь разведено нельзя сказать, чтобы подходящее: самое большое засевает крестьянин 7-8 десятин, это только зажиточный, которых очень мало; полученный хлеб сбывается на месте или приискателям, а то на Новотроицкие промысла, которые расположены в соседстве с Каменкой; а большая часть каменцев надеются на золотарей-приискателей. Они держат постой для них, подчас найдется тройка степняков, чтобы прокатить подгулявшего приискателя по селу. В селении приблизительно домов около 80-и. Дома, за исключением немногих, маленькие, некоторые даже плохо напоминают жилое помещение и очень жалкие на вид. Не видно во дворах никаких удобств для скота, который целую холодную зиму проводит под открытым небом.

А, главное, нет школы для детишек, которые с раннего утра до позднего вечера шляются по улице, называемой «Миллионная» и катают бабки.

Нет храма Божьего, где бы в праздники немного успокоилась и насладилась бы службой Божьей очерствевшая душа каменца, а также и приискателя. Допустим, есть часовня, но, видимо, забытая жителями и, если бы не местный духовный пастырь О.Ю. (из Ложниковой), то заросла бы дороженька к ней. Бывает и в ней служба, но почти всегда посещаемая старым людом. Каждое воскресенье О.Ю. совершает богослужение в Ложниковской церкви. Но где же ехать туда – ведь 3 версты, лучше съездить на конские бега, где, благодаря кулакам, собирается не только Каменка, но и окружающие поселки. Помню, в прошлом году, в праздник Св. первоучителей славянских Кирилла и Мефодия с раннего утра ехали по направлению к Ложниковой верхами расфранченные казачки и крестьяне-каменцы, как бы в храм Божий… Ой нет! На конские бега, мимо храма Божья, в поселок Буторовский. Там ведь интересно посмотреть, да и гляди фортуна повезет, а что в церковь, там душно, тесно и жарко?..

Но зато в Каменке процветают даже два винных склада. Владельцы их жадные спекуляторы, отбирают от бедного приискателя в залог его ношебное платье, а уж нечего говорить о скудно заработанных грошах. Тут найдутся приискателю друзья, пособят пропить, а потом, пользуясь тем, что он пьян, оберут до костюма Адама.

Неприятно становится на душе, когда входишь в Каменку в праздник. Далеко не дойдешь: слышатся звуки гармоники, наигрывающей «бургриху» и хриплые от пьянства голоса горланят на всю улицу. А на Миллионной-то улице, около складов, чего только нет, и чего только не наслушаются проходящие!.. Брань, крики, содом, пьяные не стесняются ни женщин, ни добрых людей, и безобразят. Часто замечал я, что и сельская администрация выходит развлечься к складу.

Но кажется скоро, скоро эта одуряющая картина изменится. Каменцы будущей весной будут переселяться на новые земли по Олову. С выездом их закроются склады, являющиеся притонами пьянства, – тогда и приискатель волей-неволей немного сдержится, наверное, он тогда более унесет денег своему семейству, которое, может быть, теперь, дожидаясь от отца присыла, питается именем Христовым, выпрашивая кусок хлеба у чужих под окном.

Приискатель Нинишрев


№ 103 (6 октября)

Станица Курлыченская, III-го военнаго отдела Заб. каз. войска

Наконец и мы дождались желаннаго и радостнаго для нас дня закладки нашего храма во имя Нерукотвореннаго образа. Пора и давно пора было приступить строить новый каменный храм, а окончить его желательно скорее и скорее. Ветхая наша церковь, не выделяясь от невзрачных серых построек нашей станички, давно напоминает нам о замене ея новым храмом, а прирост населения требует увеличения размера церкви.

Более тридцати лет, как составлялся и рос капитал, определяемый на постройку храма; сколько труда и забот было обществу основать этот капитал трудовыми силами, а еще более пришлось заботы и попечения на долю нашего уважаемаго маститаго старца священника о. Петра Смирнова. Долго лелеял наш пастырь свою заветную мечту построить более обширный, не деревянный а каменный храм для нас, и вот наконец 12-го сентября при полном крестном ходе и звоне колоколов, с чувством душевной радости, пришли мы к месту приготовленных рвов, для закладки новаго храма. Трогательно раздался возглас нашаго батюшки, а за сим следовала духовная речь, произнесенная священником о. Иоанном Малышевым (он же и председатель строительной комисии по постройке храма) о начале великаго дела. Бодро шел наш старец священник о. Петр по глубоким рвам, окропляя св. водою и полагая первыя камни. Глубоко тронутые и искренне признательные станичники не знают, как и выразить свою благодарность местному духовному пастырю своему о. Петру, председателю комитета о. Иоанну, из которых первый так много потрудился для этого святого дела, а второму еще предстоит так много труда и забот.

П. Г. Каперский


№ 106 (13 октября)

От начальника Забайкальскаго почтово-телеграфнаго округа. В Лукинском стане Ундинских золотых промыслов Кабинета ЕГО ВЕЛИЧЕСТВА открыто почтово-телеграфное отделение с приемом внутренних телеграмм.

***

Войсковое хозяйственное правление Забайкальскаго казачьяго войска объявляет, что войсковая повивальная школа и при ней родильный покой открыты с 26 сентября сего года.

С. Верхне-Курлычи, Читинскаго округа

В селении этом проживают инородцы-тунгусы; к ним в начале прошлой весны присоединилось несколько юрт орочен, выкочевавших из тайги верховья реки Олекмы, Якутской области. Орочены, благодаря вечному, безпрерывному кочеванию в тайге отдельными юртами, совершенно ничего не имеют; все их богатство составляли раньше олени, которые у них в последние годы постепенно почти все до единаго погибли от эпидемической болезни. Насколько печальна участь прикочевавших орочен, описывать трудно. Все лишения и недостатки, какие претерпевают они, мне пришлось недавно видеть и в действительности лично убедиться. Приютившись в тайге возле селений в своих изорванных юртах, они никакой работы приискать себе не могут; некоторые только занимаются поденными работами у местных тунгусов, но большинство попрошайством милостыни. В каждой почти юрте встречаются больные: болеют как дети, так равно и взрослые, а к способу лечения прибегают к заклинаниям шаманов и большею частью гибнут без всякаго медицинскаго содействия от суровых жизненных и климатических условий тайги, от эпидемических заболеваний оспой и тифом.

В январе месяце прошлаго года помощь (1) ороченам-якутам, живущим в верховьях р. Олекмы. Из с. Зюльзы, Оловской Инородной Управы, по распоряжению начальства, командирована была под наблюдением пристава Горбацевича экспедиция на 60 лошадях с хлебом, чаем, солью, жиром и пр. для раздачи голодающим ороченам. Помощь была известна тем ороченам, коих постигло несчастье – падеж оленей. Без оленя орочен не может кочевать, заниматься охотничьим промыслом, иметь пищу и одежду. Таких орочен в тайге у р. Олекмы собралось 45 семей, из них почти все перекочевали к селениям Буссулея, Улея, Мелгедуна, Верхне-Курлыча и др. Им были розданы берданы, порох, а некоторым даже лошади. Большею же частью, удрученный безысходным положением в материальном и нравственном отношениях, орочен влачит свое жалкое существование, стараясь подыскать возможное для себя занятие, и при более или менее благоприятном случае покидают свою таежную юрту, охотно принимается к домашним занятиям у местных оседлых тунгусов. Последние, конечно, зная их нужду, злоупотребляют этим, заставляя их к выполнению непривычных, а отчасти и непосильных им работ. В настоящую минуту заботу об этих несчастных ороченах надлежало бы продлить и далее: съискать какия нибудь, к улучшению их быта, средства; выстроить им временно избушки; выдать одежду; необходимые для земледелия и сенокошения инструменты; ссудить для посевов зерном, а главное дать им возможность обстановиться оседло. Оказать этим ороченам медицинскую помощь безвозмездно изъявляет свое желание живущий по близости сельский фельдшер Рябокона с тем лишь, чтобы на медикаменты имелись хотя маленькия средства. К тому же необходимо добавить, что поздно ли, рано ли, придется иметь много хлопот с прикочевавшими ороченами, ибо по рассказам их, все они выходцы из якутов, т.е. прадеды их были выходцы, а деды и отцы родились в тайге, по местности р. Олекмы. Документов каких либо о своей личности ни один из них не имеет, места приписки не знает, многие из них крещеные. Хлопотать лично о своей нужде орочены, конечно, не могут. При встрече же с ними везде слышишь всевозможныя просьбы об улучшении их быта, о подании им помощи о приписке к какому нибудь обществу и т.п. Вызывали же их в прошлом году из тайги и разъясняли пользу оседлой деревенской жизни; им было пообещано заботиться об них, но пока еще не все сделано, чтобы снова поставить орочена на ноги; зажить хотя мало мальски, но самостоятельным хозяйством. Об этой то помощи они и просят-ходатайствуют.

Затрогивая эту чувствительную и самую наболевшую струнку орочена – недостаток средств, нельзя не сожалеть, что просьба об улучшении быта этих несчастных орочен не может быть выражена оффициально, но надеемся, что кто нибудь возмется за возбуждение подобнаго ходатайства. Приходится лишь надеятся на печать и сочувствие лиц, власть имеющих.

А. Ф. Г.

(1) Помощь якутам-ороченам была оказана Е. П. Господином Губернатором Якутской области в 500 р., пожертвованными от жителей гор. Читы и Нерчинска и др. лицами. А.Г.


№ 108 (20 октября)

В последнем номере «Общих циркулярных уведомлений Забайкальской железной дороги» опубликована таблица поверстных расстояний между станциями Кайдаловской ветви, из которых некоторыя переименованы:

Китайский разъезд

Адриановка (бывшая Ундурга) 7 в.

Седловой (разъезд) 22 в.

Бурятская (быв. Мир) 37 в.

Могойтуй 61 в.

Ага 82 в.

Булак (разъезд) 105 в.

Оловянная (быв. Онон-Китайский) 127 в.

Бырка (быв. Турга) 161 в.

Хадабулак (быв. Катафная) 189 в.

Борзя 220 в.

Соктуй (разъезд) 237 в.

Харантор (быв. Тимошкино) 258 в.

Даурия (разъезд) 282 в.

Шарасун 295 в.

Мациевская (быв. Сибирь) 321 в.

Маньчжурия 340 в.


№ 124 (6 декабря)

Часть оффициальная. Отдел I. Указы ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА, САМОДЕРЖЦА ВСЕРОССИЙСКАГО, из Правительствующаго Сената, Военному Губернатору Забайкальской области.

По указу ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА, Правительствующий Сенат слушали: дело по жалобе Нерчинскаго 2-ой гильдии купца еврея Исая Берковича на распоряжение Военнаго Губернатора Забайкальской области о выселении просителя из станицы Ундинской в место его приписки. ПРИКАЗАЛИ: Разсмотрев обстоятельства настоящаго дела, Правительствующий Сенат находит, что согласно п. 10 прил. к ст. 791 (прим. 1) зак. о сост. т. IX св. зак., изд. 1899 года, евреям, находившимся в Сибири до 15 мая 1837 года, и детям их мужского пола, там родившимся, или вместе с ними по распоряжению Правительства отправленным в Сибирь и достигшим 18-летняго возраста, а равно и женщинам еврейкам, которым дозволено остаться на местах их жительства в Сибири, место их поселения считается постоянною для них оседлостью. Посему и принимая во внимание: 1) что еврей Беркович, как потомок ссыльнаго, водвореннаго в Сибирь до 1836 года, пользуется, на основании приведеннаго закона, правом жительства в пределах Сибири только в городе Нерчинске, как месте поселения его, к обществу котораго он состоит на причислении, и 2) что не представляется законных оснований к признанию за этим евреем права жительства в станице Ундинской, Правительствующий Сенат определяет: жалобу просителя оставить без последствий. О чем для объявления просителю, с возвращением представленных документов, Военному Губернатору Забайкальской области, на рапорт от 28 марта 1901 года за № 1730, послать указ.

По указу ЕГО ИМПЕРАТОРСКАГО ВЕЛИЧЕСТВА, Правительствующий Сенат слушали: дело по жалобе повереннаго крестьянина Оловской волости Залмана Райхеля, помощника присяжнаго повереннаго Вольтке, на распоряжение Военнаго Губернатора Забайкальской области о выселении доверителя из станицы Стретенской. ПРИКАЗАЛИ: Разсмотрев обстоятельства настоящаго дела, Правительствующий Сенат находит, что на точном основании п. 10 прил. к ст. 791 (прим. 1) зак. о сост. т. IX св. зак., изд. 1899 года, и согласно разъяснению Правительствующаго Сената, изложенному в определении его по 1-му общему собранию от 26 апреля 1896 года за № 78 по д. Мариупольскаго, евреи в пределах в Сибири не пользуются правом жительства вне места их приписки, так как место их поселения там считается постоянною для них оседлостью. Посему и принимая во внимание 1) что Оловская волость, к обществу крестьян которой приписан еврей Райхель, считается для него, в пределах Сибири, местом постоянной оседлости и 2) что долголетнее проживание еврея Райхеля в станице Стретенской и владение там недвижимостью не могут служить основанием к признанию за этим евреем права жительства в названной станице, Правительствующий Сенат определяет: жалобу просителя оставить без последствий. О чем для объявления просителю с возвращением представленнаго документа, Военному Губернатору Забайкальской области, на рапорт от 28 июля 1900 года за № 3747, послать указ.

Ст. Больше-Зерентуйская

7-го октября с.г. в Зерентуйской станице причтом Дучарской Благовещенской церкви отслужен на месте основания фундамента под двухклассное М.Н.П. училище молебен с водоосвящением. В конце молебна, на коем присутствовал г. атаман 4-го военнаго отдела полковник Петров с супругой, произведена закладка фундамента, причем, по прочтении положенной молитвы, первый краеугольный камень положен полковником Петровым. По закладке фундамента, основание его было окроплено св. водой, при пении тропаря «Спаси, Господи…».

Затем казначеем станичнаго правления Богомягковым прочтена речь, в которой автор ея (он же Богомягков) в кратких, но точных чертах высказал благодарность полковнику Петрову, почтившему своим личным присутствием означенное скромное торжество, и ту пользу, которую в будущем может принести открытие двухклассного училища среди населения станицы.

В конце оратор обратился к присутствующим с приглашением о посильной лепте на пополнение имеющейся при одноклассном училище библиотеки, находящейся, будто бы, в плохом состоянии, после чего произведен сбор на библиотеку. Тем и закончилось скромное торжество. Дай Бог, чтобы святое дело, начатое в Б.-Зерентуйской станице, осуществилось и принесло свои плоды на пользу дорогому нашему отечеству России.


Газета «Забайкальские областные ведомости»

Мой комментарий